В силу специфики межгосударственного правоотношения правопреемства государств следует уделить особое внимание его объектам.

Противоречивая практика государств не давала определённого, единого представления об объектах правопреемства государств, что и отражалось в высказываниях учёных. Они выражали разные мнения по этому вопросу[1]. Никто не станет отрицать, на наш взгляд, что до сих пор нет единого представления, нет ясности относительно объектов. И не ошибёмся, по нашему мнению, если скажем, что это связано с различным пониманием правовой сущности правопреемства государств.

    Как видно из первого параграфа настоящей главы, правопреемство государств в основном определяли как «переход прав и обязанностей одного государства к другому», не отмечая характер этих прав и обязанностей[2].

НовотГ.В.Игнатенковсвоёмопределенииупоминаетобиндивидуальных правах и обязанностях государства-предшественника[3], а Д.И.Бараташвили пишет: «Под правопреемством следует понимать преемство определённых неосновных прав и обязанностей государством-преемником от государства-предшественника…»[4].

    Оба учёных под правопреемством государств понимали переход к государству-преемнику лишь неосновных, индивидуальных прав и обязанностей государства-предшественника - международных прав и обязанностей государства-предшественника, приобретённых им в ходе международного общения, тем самым оставляя в стороне основные права и обязанности государства-предшественника, права и обязанности, присущие суверенитету, а также права и обязанности государства, вытекающие из внутреннего права государства-предшественника.

    Особо хотелось бы представить точку зрения М.М.Авакова. Характеризуя правопреемство как переход прав и обязанностей, он, в частности, пишет: «Новое государство, утверждая свой суверенитет, выступает как бы наследником прав и обязанностей в области международных отношений своего государства-предшественника»[5]. Отмечая объекты правопреемства государств, он перечисляет государственную территорию, права и обязанности по договорным обязательствам государства-предшественника, государственные долги, государственную собственность и архивы[6].

    Из вышеизложенного следует, что при правопреемстве, по мнению М.М.Авакова, происходит переход к государству-преемнику международных прав и обязанностей государства-предшественника, установленных международными договорами этого государства, связанных с государственной территорией, с государственными долгами, государственной собственностью и архивами. Думается, что при подобной постановке вопроса особое значение будет иметь правопреемство государств в отношении международных договоров, ибо последние являются главным источником международных прав и обязанностей государств, в них закрепляются многие указанные объекты.

    Именно такую точку зрения выражает А.Н.Талалаев, разделяющий мнение, что межгосударственным правопреемством, или правопреемством государств называется переход международных прав и обязанностей одного государства к другому, в качестве же объектов правопреемства перечисляя международные договоры, государственную собственность, государственные долги, архивы, границы, членство государств в международных организациях[7].

Хотелось бы остановиться также на точке зрения Н.В.Захаровой. Отмечая, что «правопреемство государств – это переход прав и обязанностей от одного государства к другому…»[8],далееонапишет:«Объектомправопреемства(илиего«правовой материей») являются международноправовые отношения государства-предшественника,его права и обязанности как субъекта международного права. Во всех случаях правопреемства важнейшей составной частью его «правовой материи» являются международные договоры, действовавшие на территории, переходящей к преемнику»[9]. Определяя круг возможных объектов, Н.В.Захарова, ссылаясь на положение, что международное право «не регулирует внутригосударственные отношения, внутригосударственные законы, так как это было бы грубым нарушением принципа невмешательства, отмечает, что «все нормы о правопреемстве предметом своим могут иметь только международноправовые отношения государств»[10], «нормы международного права могут регулировать правопреемство в отношении прав и обязанностей государства как субъекта международного права»[11]. Вместе с тем она из объектов правопреемства исключает те права и обязанности, которые вытекают из норм jus cogens, объясняя это их обязательностью для всех государств[12].

    Итак, Н.В.Захарова подчёркивает, что лишь международные права и обязанности государства-предшественника являются объектом правопреемства государств, при этом исключая те права и обязанности, которые вытекают из норм jus cogens. В связи с этим она особо подчёркивает международные договоры государства-предшественника, которые устанавливают эти права и обязанности.

    Аналогичную точку зрения выражает и Л.В.Власова. Она, в частности, подчёркивает, что «переходящие к государству-преемнику права и обязанности должны иметь международный характер», причём «объектом правопреемства могут быть только нормы jus dispositivum, так как нормы jus cogens не могут быть пересмотрены или отвергнуты в одностороннем порядке, в том числе преемником, их обязаны соблюдать все субъекты международно-правовых отношений»[13].

    Это положение признаётся и большинством западно-европейских учёных[14]. Одним из них является австрийский профессор К.Земанек, который правопреемство государств определяет как смену верховной власти на определённой территории, следствием чего является приобретение новым государством международных прав и обязанностей, ранее относившихся к компетенции прежней верховной власти[15].

    Несколько иную точку зрения, которой придерживается ряд учёных, и, которую хочется представить особо, выражает О’Коннелл. Новозеландский учёный под правопреемством государств имел в виду нормы права, созданные для разрешения проблем, возникающих, когда суверенитет одного государства заменяется суверенитетом другого[16].Это обстоятельство, по его мнению, накладывало свой отпечаток и вызывало определённые проблемы, связанные с правами и обязанностями государства-предшественника, вытекающими из международных договоров, с государственной (публичной) собственностью, с государственными (публичными) долгами государства-предшественника, с «приобретёнными правами», а также с юридической,судебнойорганизациейигражданствомжителейопределённой территории[17]. Рассматривая их в качестве объектов правоотношения, регулируемого нормами права, О’Коннелл выдвигал точку зрения, что к государству-преемнику переходят или могут перейти не только международные права и обязанности государства-предшественника, но и права и обязанности, исходящие из его внутреннего права. В частности, относительно государственной собственности он отмечал: «В качестве юридического лица государство владеет движимой и недвижимой собственностью, предназначенной для публичных целей и используемой либо администрацией, либо коммерческими предприятиями. Такая собственность связана с суверенитетом, и на ту её часть, которая расположена на переданной, аннексированной или отделившейся территории, всегда может претендовать государство, осуществляющее суверенитет над этой территорией. Последнее, таким образом, приобретает ipso jure все публичные здания и всё, что заключается в них… Государство-преемник наследует лишь те права регулирования и контроля, которыми пользовался его предшественник… При определении того, что составляет публичную собственность, следует принимать во внимание законодательство государства-предшественника…»[18].

    «Правопреемством государств принято называть переход с учётом основных принципов международного права и норм о правопреемстве, определённых прав и обязанностей от одного государства к другому»[19]- так, оригинально, представляет понятие правопреемства государств О.И.Тиунов. В качествежеобъектов правопреемства он перечисляет: права и обязанности, вытекающие из международных договоров государства-предшественника; государственную собственность; государственные архивы; государственные долги[20]. Рамки понятия словосочетания«определённых прав и обязанностей» настолько объёмны, что невозможно однозначно отметить, чту за права и обязанности переходят от государства-предшественника к государству-преемнику. Ответ на этот вопрос просвечивается далее: по всей видимости, О.Тиунов так же имеет в виду международные права и обязанности государства, обусловленные его международной правосубъектностью, но этого нельзя отметить с уверенностью. Зато о чём подчёркнуто отмечает Тиунов – это объём прав и обязанностей, переходящих от государства-предшественника к государству-преемнику, который, как он пишет, зависит от многих факторов, среди которых «основное значение имеет суверенная воля государства-преемника, определяющего объём правопреемства согласно своим интересам»[21]. «Однако, - далее отмечает О.И.Тиунов, - это не должно противоречить основным принципам международного права, наносить ущерб остальным государствам и народам»[22].

    Иную точку зрения, чем вышеизложенные, представляет В.Романов. Отмечая, что «под правопреемством в международном праве понимается смена одного государства другим в несении ответственности за международные отношения соответствующей территории и в осуществлении существовавших к этому моменту прав и обязательств»[23], об объекте правопреемства он пишет следующее: «Объектом правопреемства является территория, применительно к которой сменяется государство, несущее ответственность за её международные отношения»[24]. Далее же отмечает: «В отношении международно-правового регулирования различаются определённые сферы, в которых правопреемство осуществляется. Речь идёт о правопреемстве государств в отношении международных договоров, государственной собственности, государственных архивов, государственных долгов, а также государственной территории, границ государства, членства в международных организациях и органах»[25].

    Мы здесь не преследуем цель подчеркнуть неприемлемость, как нам представляется, употреблённой формулировки «под правопреемством в международном праве понимается смена одного государства…»в силу того, что кроме правопреемства государств, как известно, существует также правопреемство международных организаций. Нашей целью является лишь представление особой точки зрения, рождённой, по нашему мнению, под влиянием часто встречающегося в Венских Конвенциях положения - «территория, являющаяся объектом правопреемства», существующей наряду с признанной большинством учёных, что объектами правопреемства государств являются международные договоры, государственная собственность, государственные долги, государственные архивы, а некоторыми учёными отмечается также членство в международных организациях.

    Итак, представив подходы, содержащиеся в доктрине международного права, относительно сущности правопреемства государств, преобладающее большинство которых правопреемство государств характеризуют как переход международных прав и обязанностей одного государства (государства-предшественника) к другому (государству-преемнику), попытаемся изложить нашу концепцию, нашу точку зрения по данному вопросу, не претендуя, безусловно, на её бесспорность.

    Эволюция международного права, современный уровень его развития, на наш взгляд, дают общие параметры, нормативы, ответы на многие вопросы, касающиеся сущности правопреемства государств, в том числе – чем обуславливается выбор объектов правопреемства, а, следовательно, чту следует рассматривать в качестве таковых.

    Для проведения значимого исследования объектов правопреемства государств, а также для установления какие права и обязанности государства-предшественника переходят к государству-преемнику, по нашему мнению, следует исходить из того, что международно-правовые нормы регулируют отношения между субъектами международного права, объектами которых могут быть материальные и нематериальные блага, действия и воздержания от действий, которые не относятся исключительно к внутренней компетенции, при этом, учитывая особенности процесса правопреемства государств, состоящего из двух последовательных этапов, разграничивать объекты фактического правопреемства и юридического правопреемства.

    Такой подход, по нашему мнению, облегчит также понимание некоторых неприемлемых, на наш взгляд, высказываний учёных, причиной которых, быть может, было именно отсутствие такого разграничения и оградит в дальнейшем от неправильных оценок, таких как, например, дал Г.В.Игнатенко высказываниям Г.П.Задорожного и М.М.Авакова, которые среди объектов правопреемства государств отмечали также государственную территорию, на что Игнатенко реагировал следующим образом: «Здесь очевидно, нет единого критерия классификации. С одной стороны, к объектам правопреемства относят права и обязанности, принадлежавшие государству-правопредшественнику; вместе с тем объектом правопреемства именуют то, что является объектом международно-правового отношения (территория). С такого рода характеристикой вряд ли можно согласиться. По нашему мнению, объект правоотношения и объект правопреемства - это связанные друг с другом, но не тождественные и не перекрещивающиеся понятия»[26].

    Итак, если объектом фактического правопреемства - когда происходит смена суверенитета одного государства над определённой территорией суверенитетом другого государства – можно, на наш взгляд, однозначно сказать, что является соответствующая территория, то, чту же может быть объектом юридического правопреемства, сущность которого заключается в переходе, условно назовём, определённых прав и обязанностей государства-предшественника к государству-преемнику? Каков характер переходящих прав и обязанностей – вот вопрос, ответ на который поможет определить возможные объекты юридического правопреемства.

    Ответ на эти взаимосвязанные вопросы, мы полагаем, следует начать с раскрытия того, что относится исключительно к внутренней компетенции государства. Этот вопрос является частью другой, более старой проблемы – это соотношение внутригосударственного и международного права.

    Итак, что такое внутренняя компетенция государства, чем она обусловлена, чем определяются её рамки.

    Общепризнанно, что расценивание отдельных вопросов как относящихся исключительно к внутренней компетенции государства обусловлено государственным суверенитетом.

    Государству с момента его возникновения, как выражения самоопределения нации, народа присущ суверенитет. Это – неотъемлемое свойство государства.

    Суверенитет является категорией исторической, определяющейся закономерностями общественного развития. Свойственное государству в силу суверенитета верховенство в пределах своей территории и независимость в международных отношениях всё более ограничиваются международным правом. 

Государственный суверенитет – это важнейшее свойство государства, представляющее собой его качественный признак, характеризующий его политико-правовую сущность, имеющее две стороны: внутреннюю и внешнюю (внутригосударственную и международную). Права государства, присущие внутренней стороне его суверенитета, включают в себя право свободного выбора политической, экономической, социальной и культурной системы, полную законодательную, исполнительную и судебную власть государства на его территории и т.д.. Власть государства распространяется не только на его граждан, но и на иностранцев. 

    Права государства, присущие внешней стороне его суверенитета, включают: право на мир, право на независимость, право на свободное, равноправное международное общение и сотрудничество с другими государствами, право на территориальную неприкосновенность, право на индивидуальную и коллективную оборону против вооружённого нападения и т.д. .

    Все эти права составляют юридическую сущность государственного суверенитета, являются суверенными правами государства, которым соответствует обязанность всех других государств уважать их. Это – основные права и обязанности государств.

    Основные права государства, как отмечал В.Э.Грабарь, «вытекают из существа государства, его природы, его державности»[27]. Они органически присущи суверенному государству, без них оно не может нормально существовать. В основных правах и обязанностях находят своё выражение основополагающие принципы современного международного права, имеющие характер jus cogens. Нарушение этих прав и обязанностей не может быть оправдано никакими обстоятельствами.Суверенное право государства самостоятельно, без вмешательства извне, решать вопросы, составляющие внутреннюю компетенцию государства, внутригосударственные проблемы, охраняется международным правом, которое способно оказывать косвенное и при этом весьма значительное влияние на внутригосударственные общественные отношения.

Вместе с тем, объём внутренней компетенции того или иного государства не постоянен. «Он меняется как в зависимости от развития международных отношений и международного права, так и в результате принятия государством новых международных обязательств»[28]. Никто не станет, по нашему мнению, отрицать, что происходитрасширениевопросовмеждународно-правовогорегулированиязасчёт сужения сферы национально-правового регулирования. Однако, как отмечает Н.А.Ушаков, «существуют внутригосударственные вопросы, которые полностью недоступны для других государств и ни при каких условиях не могут подлежать международноправовому регулированию. Такие вопросы относятся к области исключительной внутренней компетенции любого государства. К ним относятся общественно-политическая система, вопросы социально-экономического строя и государственного устройства»[29].

    Будучи полностью согласным с вышеизложенным, хотелось бы отметить, что иногда практика государств даёт возможность для распространения в науке международного права мнения, согласно которому достаточно упоминания того или иного вопроса в международном документе, чтобы он перестал относится к внутренней компетенции государства, т.е. не объект регулирования, а источник права служит критерием различия внутренней и международной сферы[30]. Например, Совместная англо-китайскаядекларация о Гонконге 1984 года определила, что после воссоединения Гонконга с Китаем социалистическая система не будет применяться в Специальном административном регионе Гонконг, капиталистическая система останется неизменной в течение 50 лет[31].

    Подытоживая вышеизложенное, однозначно можно подчеркнуть, что разграничение вопросов международно-правового и национально-правового регулирования имеет серьёзное практическое значение. 

Совершенно очевидно также, что основные права и обязанности государства-предшественника не могут переходить к государству-преемнику, не могут быть объектом правопреемства государств, как это допускают некоторые учёные, т.к. они органически присущи государству, т.к. «новое государство становится правопреемником, уже будучи носителем основных прав и обязанностей»[32].

    В современном международном праве юридическое существование государства находится в неразрывной связи с фактическим существованием. Юридически суверенное государство в силу самого факта своего возникновения (образования) является субъектом международного права, ему имманентна международная правосубъектность[33]. Однако, вместе с тем, нельзя не учитывать, что фактическое пользование всеми правами, в полном объёме зависит от признания данного государства другим в качестве субъекта международного права – признания факта возникновения (образования) нового государства и тем самым его международной правосубъектности.

    Обладание основными правами и обязанностями – отличительная черта международной правосубъектности государства, являющейся проявлением его суверенности и служащей общей предпосылкой международных правоотношений. Основные права и обязанности создают условия для формирования правовой личности государства и на их основании государства приобретают международные права и обязанности – индивидуальные (неосновные) права и обязанности.

Индивидуальные права и обязанности являются результатом деятельности суверенного государства в международных отношениях. Государства сами, по своему усмотрению определяют объём, содержание и формы осуществления этих прав и обязанностей. Они определяются в международных договорах, путём свободного волеизъявления государств.

    В действиях государств, либо в воздержании от действий в международных отношениях проявляется их правоспособность и дееспособность, которые являются составными элементами международной правосубъектности.

    В силу установленного международным правом принципа суверенного равенства все государства юридически равны, независимо от времени и способа образования, от политического и экономического строя, территории, населения, географического расположения и т.д.. Признавая юридическое равенство всех государств, международное право допускает вместе с тем возможность для них осуществлять свои права в полном, либо в ограниченном объёме – в зависимости от степени участия каждого в международных правоотношениях. Юридическое равенство государств не тождественно кругу индивидуальных прав и обязанностей, которыми они обладают. Оно вовсе не предусматривает абсолютную идентичность прав и обязанностей государств в их международных правоотношениях. Это предопределяется реальной действительностью, в частности, фактом различия интересов и возможностей государств. Поэтому государства могут обладать неравными правами, нести неравные обязанности, т.е. быть неравными в осуществлении своей дееспособности, чего нельзя сказать о международной правоспособности, которой все государства обладают в равной степени.

Именно индивидуальные права и обязанности государства-предшественника, их преемство государством-преемником (государствами-преемниками) представляет особый интерес для международного сообщества и бывает в центре внимания при правопреемстве государств, главной задачей которого является обеспечение стабильности международных правоотношений. То обстоятельство, что основным источником этих прав и обязанностей государства являются международные договоры, предопределяет роль последних в качестве объектов межгосударственного правоотношения в рамках правопреемства государств, а точнее – в рамках юридического правопреемства, и служит полным основанием для существования высказывания, что проблема правопреемства встаёт, главным образом, как проблема преемства договоров[34].

    Однако рассмотрение данной проблемы не ограничивается вышеизложенным. Этоещё не полное представление сущности юридического правопреемства и его объектов.

    Ведь в связи с правопреемством государств, а точнее – с фактическим правопреемством, между государством-предшественником и государством-преемником(государствами-преемниками), а также между государствами-преемниками, в зависимости от конкретного случая, возникают правоотношения, в центре которых могут быть различные вопросы, относящиеся не только к международным, индивидуальным (неосновным) правам и обязанностям государства-предшественника, но и к внутригосударственным правам и обязанностям, к внутреннему правопорядку (например, при правопреемстве в отношении государственной собственности). Они могут затрагивать интересы не только этих государств, но и третьих государств, а в конечном итоге – международного сообщества в целом.

    Сущность межгосударственных правоотношений, возникающих вследствие фактического правопреемства, по нашему мнению, следует осмысливать и представлять как процесс разграничения определённых объектов (материальных и нематериальных благ, действий и воздержаний от действий, которые не относятся исключительно к внутренней компетенции государства), в отношении которых права и (или) обязанности государства-предшественника, признанные за ним в силу принципов международного права, переходят к государству-преемнику.

    Такой подход, по нашему мнению, созвучен и положениям Венской Конвенции 1978 года иположениям Венской Конвенции 1983 года, в частности,ст. ст. 9, 21, 34[35].

    Итак, подытоживая вышеизложенное, представим наше определение юридическогоправопреемства:подюридическимправопреемствомследует пониматьпереходкгосударству-преемнику(государствам-преемникам) признанных за государством-предшественником в силу принципов международного права прав и (или) обязанностей в отношении определённых объектов (материальных и нематериальных благ, действий и воздержаний от действий, которые не относятся исключительно к внутренней компетенции государства), разграниченных соответствующими государствами, исходя из основных принципов международного права.

    Таким образом, неоправданно, на наш взгляд, правопреемством государств называть переход международных прав и обязанностей одного государства к другому, отмечать, что объектом правопреемства государств могут быть международные договоры, государственная собственность, государственные долги, архивы, границы, членство в международных организациях, и при этом подчёркивать особое значение правопреемства государств в отношении международных договоров, поскольку последние являются основным источником международных прав и обязанностей государств, в них закрепляются многие указанные объекты, в том числе определяются государственные границы, членствовмеждународных организациях.

    Итак, объектом юридического правопреемства, по нашему мнению, может быть всё то, что подпадает в круг материальных и нематериальных благ, действий и воздержаний от действий, которые не относятся исключительно к внутренней компетенции государства.

    В очерченные рамки объектов юридического правопреемства полностью подпадают международные договоры, государственная собственность, государственные архивы, государственные долги государства-предшественника – объекты, находившиеся в центре внимания Комиссии международного права ООН, поскольку при правопреемстве в отношении этих объектов проявляются конфликтогенные факторы, представляющие угрозу международному сотрудничеству, правопорядку, стабильности, безопасности и миру, тем самым затрагивая интересы международного сообщества в целом. Именно поэтому в рамках Комиссии были разработаны Конвенция о правопреемствегосударстввотношениимеждународныхдоговоровиКонвенция о правопреемстве государстввотношениигосударственнойсобственности,государственных архивов и государственных долгов, которые были приняты на сессиях Генеральной Ассамблеи ООН в Вене, соответственно в 1978 и 1983 годах. Как констатируют их преамбулы, эти Конвенции были приняты с цельюобеспечения более надёжной правовой основы международных отношений при правопреемстве государств, дабы укрепить мир и международное сотрудничество, чту– в интересах международного сообщества в целом.

    Безусловно, Конвенции 1978 и 1983 годов не охватывают всех международно-правовых вопросов правопреемства государств, что подтверждается в заключительных фразах преамбул Конвенций.

    При обсуждении вопросов, связанных с правопреемством государств, Подкомитетом по вопросу о правопреемстве государств и правительств, созданным Комиссией международного права для представления рекомендаций относительно объёма данной проблемы, был отмечен также и другой не менее важный вопрос -правопреемство в отношении членства в международных организациях. Однако Комиссия решила отложить на время изучение этого вопроса, исходя из того, что он относится как к правопреемству в отношении договоров, так и к отношениям между государствами и международными организациями.

    Итак, суммируя вышеозначенные объекты фактического правопреемства и юридического правопреемства, выражаем нашу точку зрения: объектами правопреемства государств являются государственная территория, международные договоры, государственная собственность, государственные долги, государственные архивы, членство в международных организациях и так далее. Оборот «и так далее» употреблён потому, что, по нашему мнению, этот перечень, несмотря на то, что охватывает все более или менее признанные объекты правопреемства государств, не является исчерпывающим. Не будем предвосхищать события, однако отметим, что, по нашему мнению, в скором будущем этот список пополнится, ибо международное сообщество в силу своего прогрессивного динамического характера претерпевает коренные изменения, с чем будут связаны изменения и международных отношений, и международного правопорядка, которые поставят на новую ступень критерии международной стабильности и мира, сохранению которых при государственно-территориальных изменениях, кстати, могущих стать в современном международном сообществе часто возникающим явлением, призван и должен действенно служить институт правопреемства государств.

    Возможным примером, подтверждающим обоснованность такого подхода, может послужить интересная, на наш взгляд, концепция, существующая в науке международного права, согласно которой территория государства-преемника обязана возместить ущерб, причинённый действиями государства-предшественника, имеющими характер международного правонарушения[36].

    Апологеты этой концепции исходили из следующих положений.

    «Верховенство над территорией, - отмечает Ч.Хайд, - является необходимой основой государственного бытия. На верховенство опирается осуществление на данной территории правительственной власти. Правонарушения, порождающие материальную ответственность, обычно выражаются в действиях, которые вытекают из этого верховенства и могут быть ему приписаны. В известном смысле действия правительственной власти связаны с территорией, поскольку они возможны вследствие осуществления контроля над территорией»[37]. Далее, отмечая, что государство может совершить действия, «противозаконные в международном аспекте», не только на своей территории,ноивнееёпределов, он подчёркивает, что «в широком смысле действия, совершаемые государством, не могут быть в полной мере оторваны от территории, на владении или удержании которой зиждется существование государства, совершившего указанные действия». На основе этого Ч.Хайд акцентирует, что между территорией и действиями государства имеется связь, в силу которой данная территория должна предоставить средства для возмещения за правонарушение, «несмотря на изменение суверенитета». «...В случае прекращения существования государства-правонарушителя, - отмечает он, - было бынеправильно освобождать территорию от всякой связи с последствиями противозаконных действий её прежнего суверена»[38]. По мнению Хайда, «такое требование, возможно, уменьшит стремление могущественных держав к аннексиям и прекращению государственного бытия своих более слабых и отсталых соседей, население данной территории осознало бы, что ответственность, вытекающая из контроля надтерриторией,можетоказатьсянавсегда с ней связанной,и,наконец, это привело бы к удовлетворению справедливых требований государств, понесших ущерб»[39].В подтверждение своей точки зрения он приводит пример из истории: Договоры о дружественных отношениях между Австрией и США от 24 августа 1921 года и между Венгрией и США от 29 августа 1921 года, в которых устанавливается природа и объём обязательств Австрии и Венгрии по уплате возмещений за ущерб, нанесённый гражданскому населению США в результате агрессии Австро-Венгрии и её союзников[40].

    Эта концепция, по нашему мнению, полностью соответствует основам современного международного правопорядка. Исходя из того, что одной из материальных основ государства является территория, и, что верховенство над территорией является основой осуществления государственной власти, государство, совершившее какое-либо международное правонарушение, в случае прекращения существования в наследство своим преемникам оставляет обязанность несения ответственности,возмещенияпричинённогоущерба, возникшего вследствие международного правонарушения, совершённого действием или бездействием.

Становление такого подхода императивом международного права, по нашему мнению, привело бы к укреплению международного правопорядка, к уверенности, что ничто не может отменить ответственность за совершённое международное правонарушение.

1. Правопреемство государств состоит из двух взаимосвязанных составных частей: фактического правопреемства и юридического правопреемства.
2. Правопреемство государств – это смена суверенитета одного государства над определённой территорией суверенитетом другого государства при конкретной фактической ситуации и переход вследствие этого, с учетом норм о правопреемстве государств, к государству-преемнику (государствам-преемникам) признанных за государством-предшественником в силу принципов международного права прав и (или) обязанностей в отношении определённых объектов, разграниченных соответствующими государствами, исходя из основных принципов международного права.
3. Фактическими ситуациями правопреемства государств являются:
   1) передача одним государством части своей территории другому государству;
  2) отделение части территории государства и объединение с другим государством;
   3) возникновение нового государства-субъекта международного права: 
   а)возникновение нового независимого государства  на бывшей  зависимой территории;
б) образованиегосударствана части или частях территории, отделившейся (отделившихся)отсуществующего государства /в том числе и при отделении субъектафедерации/;
в) объединениедвухилинесколькихгосударствв одно государство/создание  федерации, слияние государств, инкорпорация государства/; 
г)разделение государства и прекращение его существования и образование на 
   частях его территориидвухилинескольких государств /расчленение унитарного          государства, распад федерации/.
4. Объектами правопреемства государств являются:
государственная территория (объект фактического правопреемства),международные договоры, государственная собственность, государственные долги, государственные архивы, членство в международных организациях и так далее (объекты юридического правопреемства).