20. КОНЦЕНТРАЦИЯ ИЛИ СПЕЦИАЛИЗАЦИЯ.
ЗАКОН БОЛЬШИХ СИСТЕМ.

Известно, что наибольшая концентрация власти и производства в свое время сформировались в масштабе СССР. Но эффективность такой концентрации была даже отрицательной! Например, в СССР металлорежущие станки производили двенадцать союзных министерств, не считая министерств республиканского подчинения, электродвигатели производили восемнадцать союзных министерств, электроизмерительные приборы пятьдесят (!), Министерство лесной, деревообрабатывающей и бумажной промышленности контролировало лишь тридцать процентов переработки древесины и т. д. В таких условиях ни одно союзное министерство не могло нести ответственность за подчиненную ему отрасль в масштабе страны, несмотря на наличие у них множества обязанностей и необеспеченных прав. В этом и заключалась пагубность такой необдуманной концентрации. Единственным реальным монополистом было Главное управление часовой промышленности СССР, и здесь часы были превосходные! Только у последних реальное преимущество концентрации производства ощущалось в полной мере. Отсюда и высокие качество и эффективность.

Другой пример, Волжский автомобильный завод, производящий аналоги автомашин фирмы ФИАТ, имел только две тысячи поставщиков, а фирма ФИАТ в Италии более 22 тысячи, то есть качество и технический уровень последней обеспечивали не менее 220 тысяч умов и еще больше умелых рук! Отсюда и относительно низкое качество наших автомашин по сравнению с итальянскими, хотя, казалось, итальянцы передали волжанам всю свою технологию. Лично я, будучи научным руководителем самого крупного в Армении исследовательского института, был вынужден разрабатывать и изготавливать в этом институте буквально все узлы ЭВМ! А мои коллегии за рубежом могли почти всё получать по кооперации со специализированными поставщиками всего мира. Очевидно, что в таких условиях качество продукции нашей страны, её технический уровень, себестоимость, темпы разработок не могли быть эффективными, ибо даже внутри нашей страны не обеспечивалась ни должная концентрация специализированных производств и разработок, ни, тем более, кооперация их. Вот почему СССР хотя и добивался всего, но и за счет огромных потерь интеллектуального и физического труда. Он даже сейчас проигрывает во многом, и только в следствии наследия от бывшей организации бездарного управления, и инерции прошлого в организации своих производительных сил. Надо признать, что основная причина вышеизложенного была не в отсутствии рыночной экономики, а в необходимости объективного признания закона стоимости, как это своевременно сделали китайцы. Результатом этого был бы и соответствующий эффективный рынок и необходимая кооперация.

Сразу после второй мировой войны, пользуясь послевоенными затруднениями своих партнеров, США сумели захватить в Западной Европе контроль во многих отраслях экономики, в том числе над производством более 50 процентов полупроводниковых приборов, 80 процентов вычислительных машин, 95 процентов интегральных схем, не считая ряда продуктов химии, фармацевтики и других изделий наукоемких производств. Это были наиболее передовые области техники, имеющие ключевое значение для развития многих отраслей промышленности и требующие больших начальных капитальных вложений. В 1950 году уже 33 процента мирового капиталистического экспорта принадлежало США, а вся Западная Европа контролировала лишь 13 процентов его. Фактически Западной Европе грозила участь стать сателлитом или колонией своего старшего партнера. Лидеры западноевропейских стран стали серьезно задумываться о будущем своих стран. На этом фоне большой шум в прессе наделала работа лидера французских либералов Ж. Ж. Серван-Шрейбера Американский вызов [74], где он, на основании неопровержимых статистических данных, посчитал возможным прямо назвать Западную Европу колонией США!

Видные представители ученого мира Европы, особенно Швеции, не стали оправдываться войной и другими объективными причинами, как это было принято в СССР, и стали искать пути преодоления своего кризисного состояния. В первую очередь они сочли необходимым изучить опыт своего основного соперника и пожелали объективно объяснить причины своего отставания. В Англии был специально создан Совет по изучению производительных сил. Последний в пятидесятые годы издал 43 отчета и семь из них были переведены на русский язык. Безрадостные и наглядные для европейцев данные об опыте американских фирм послужили реальной основой для принятия далеко идущих решений. Действительно, производительность труда в металлургической и обрабатывающей промышленности США более чем в два раза была выше, чем в Англии, благодаря большей концентрации специализированного производства в американских фирмах. Например, средняя мощность заводов автомобильной промышленности в США была в три раза выше, чем в Англии, объем их продаж в восемь раз выше! Автомобильные заводы только трех фирм США, выпускавшие 89 процентов автомобилей, комплектовали свою продукцию 15 типами моторов, а в Англии 89 процентов автомашин, которые выпускали 8 фирм, оснащались 39 типами двигателей [19]. На одном блюминге в среднем в США прокатывалось 820 тысяч тонн металла в год, в Англии лишь 222 тысячи тонн, и при этом США имели только 145 размеров профилей, а Англия 177! И все это далеко не все поразительно нравоучительные данные. Значительно более высокая специализация и концентрация специализированного производства давали США значительное преимущество перед своим младшим партнером [19]. Не лучшее положение было в ФРГ. Франция имела еще более низкую производительность труда и специализацию во многих отраслях машиностроения и металлургии.

Европейцами была выработана стратегия преодоления своего отставания. Суть стратегии заключалась в необходимости концентрации специализированного производства, в противовес концентрации производства вообще, как это было принято в СССР. У нас же просто делегировались полномочия вниз, без ответственности за эффективную деятельность этого низа и с его полным правом нарушать любые объективные экономические законы, которые у нас реально и не признавались. Отсюда фактически у нас концентрировались лишь вспомогательные хозяйства. Сами предприятия были хозяйственно-замкнутыми единицами с полным набором вспомогательных цехов и участков. На Западе такая возможность была исключена, так как там структура вспомогательных хозяйств объективно, в следствии следования и соблюдения ими требований экономических законов, естественно, была приведена в полное соответствие с этими законами заранее, так что у них концентрация была направлена именно на основное производство. Но мало того, европейцы решили концентрацию эту осуществить в масштабе всей Западной Европы!

В 1957 году было положено начало организации Европейского Экономического Сообщества, или Общего рынка, которое эффективно продолжает и расширяет свою деятельность. И в этом нет ничего удивительного, прогресс доступен всем, если конечно он глубоко продуман. В Европе началась подлинная революция концентрации специализированных производств. Бывшие принципиальные противники и конкуренты, концерны Тиссен и Маннесман, Сименс и Бош в ФРГ передают друг другу заводы, создается совместное предприятие Тиссена и Маннесмана по трубопрокатному производству, и все во имя специализации, повышения производительности труда. По своей специализации они за короткое время захватили около 60 процентов валового производства в Европе. Франция и Англия усилили свои позиции в ЕЭС в аэрокосмической промышленности, в связи, а в их традиционных отраслях машиностроения США имело с ними отрицательное сальдо внешней торговли около десяти миллиардов долларов. В итоге, по сравнению с положением дел во внешней торговле в 1950 году, США и Западная Европа поменялись местами. Удельный вес в мировом капиталистическом экспорте уже 1971 года у стран девятки ЕЭС достиг 41,1 процента, у США он снизился до 14,1 процента, золотовалютных резервов в США стало в четыре раза меньше.

В чем же суть описанных выше процессов? Почему количественный показатель величины концентрации производства переходит в качественный показатель повышения производительности труда, почему лучшая организация, отражающая информационное богатство соответствующей системы, дает новую производительную силу? Как реализуется рост информации в этих процессах и на каких уровнях управления? Ясно одно, хотя управленческие решения часто принимаются на верхних уровнях управления, но сам процесс производства и организация труда объективно реализуется только на нижнем уровне человеческой деятельности, к кому и должно быть обращено наибольшее внимание и кому должно принадлежать хотя бы определенная доля прибыли. Однако и здесь реально эту прибыль нижний уровень не получает! Но раз весь процесс конкретно происходит на нижнем уровне, то и суть этой загадки может быть разгадан именно на уровне самого процесса изготовление любого произведенного массового изделия. Ведь здесь рождается и используется на практике полученная информация.

Нам известно, что любую технологию можно описать информационно. Проектировщик, разрабатывая массовое изделие, находит в нем отдельные детали, технологии, узлы и агрегаты, которые также имеют массового потребителя. В этом случае он старается унифицировать их вплоть до положения стандарта. Последнее, при массовом производстве, позволяет резко снизить затраты труда на его изготовление и получить огромную прибыль. Получив эту прибыль, верхние уровни не считают своим долгом возвратить часть этой прибыли нижнему уровню, хотя именно здесь рождается и используется новая информация. Она изымается у производителя для принятия решения на верхнем уровне, что и служит для них основанием для её присвоения. Но, тем самым, они ослабляют возможности производителя согласно закона воспроизводства труда, истощают тех, кто эту информацию предоставил обществу, то есть конструкторов, технологов, науку, во вред обществу. Благодаря такому подходу в восьмидесятых годах в СССР было абсолютно не выгодно производить стандартные детали, метизы, запасные части машин, литье! Даже стал вопрос о закрытии киевского и армянского центролитов (!), многих заводов запасных частей, ввиду нерентабельности производства массовых, особенно стандартных (!) изделий. Зарубежные фирмы выходили из такой ситуации с помощью двойной бухгалтерии, устанавливая для подобных изделий трансфертные цены.

Из вышесказанного следует, что должен быть вполне объективный, законный путь перерасчета прибыли, учитывающий именно скачок роста производительности труда при переходе на новую более эффективную систему организации труда. Действительно, ведь любую такую технологию можно описать и оценить информационно. Если изделие технологически не сложное, но оно весьма массовое, то на основе этих двух параметров можно определить некоторое критическое число - константу количества информации, описывающую эту технологию и определяющую необходимость подетальной и даже технологической специализации его изготовления. Аналогично можно подобрать критические объемы информации - константы, требующие по узловой или по агрегатной организации производства, далее комплексного конвейерного или робототехнического производства его изготовления или сборки и наладки. При отсутствии достаточно массовой потребности должна быть принята система организации мелкосерийного и индивидуального производства, в том числе с дорогостоящим ручным трудом.

Для анализа эффективности организации специализированного массового производства можно разработать модель, однозначно иллюстрирующую уровень этой эффективности и пути принятия решений по целесообразной организации такого производства на базе крупных фирм и даже интеграции регионов или стран. Для этого необходимо более детально разработать предлагаемую наглядную модель, которая, хотя и приблизительно, но однозначно дает возможность принимать осознанные решения. Для построения простейшей модели в виде диаграммы, на оси абсцисс последовательно откладываются коды nK??? всех, наиболее массово производимых K??? изделий, требующих не только организации их массового изготовления, но и имеющих для этого возможно приемлемую технологию концентрации их производства. Коды этих изделий откладываются в порядке уменьшения величины количества информации (ИК), описывающей технологию их массового производства от максимума до критической константы на оси ординат - ИпдКК, определяющей нижний порог их специализированного подетального производства. На оси ординат откладывается и масштаб величин этих критических констант их специализированного производства. Ниже величины критической константы подетального производства - ИПДКК, в том же порядке, на оси ординат откладываются величины, характеризующие информацию об изделиях массового производства технологической специализации ИТКК, ниже об изделиях массового производства поузловой специализации ИПУКК, ниже поагрегатной ИПАКК, наконец конвейерного производства ИКПКК, и в конце все изделия индивидуального производства. На оси абсцисс откладывается и масштаб количества выпускаемых изделий, после кода этого изделия. Площади полученной диаграммы будут характеризовать конкретные производственные мощности моделируемого региона, государства, или экономического сообщества государств, уровень организации их производства, структуру концентрации и специализации производственных мощностей, ассортимент всей выпускаемой продукции по подетальной, технологической, поузловой и поагрегатной специализации. Для примера уровня организации производства в США можно отметить: В начале шестидесятых годов 52 процента всех заводов, принадлежащих пятистам крупнейшим американским корпорациям, производили только один продукт (или полупродукт) или выполняли одну единственную операцию [59а]! Вот и представьте себе уровень концентрации их специализированного производства.

Проанализируем возможность приложения вышеупомянутого подхода к процессу формирования Европейского экономического сообщества в процессе его соперничества с США. Рассмотрим для примера предполагаемые диаграммы, образно иллюстрирующие производственные мощности Германии (диаграмма-Г), Англии (диаграмма-А), Франции (диаграмма-Ф) и Италии (диаграмма-Р). На диаграммах, параллельно оси абсцисс, прочертим прямые, характеризующие величины критических информационных констант, отражающих возможность перехода производства на специализированную подетальную концентрацию производства (ИПД), далее технологическую (ИТ), ниже поузловую (ИПУ), потом поагрегатную специализацию (ИПА), далее массовый выпуск конечной продукции на конвейерной или робототехнической сборке (ИКС) и, наконец, индивидуальное производство - ИИП. Теперь, если мы проинтегрируем площади диаграмм Германии, Англии, Франции и Италии, то получим диаграмму-Е, где площадь, отражающая наиболее прогрессивные технологии, то есть технологическую, подетальную, поузловую и поагрегатную, объективно станет доминирующей. В итоге очевидно, что структура организации производства после интеграции производственных мощностей четырех европейских стран, с обязательной концентрацией специализированных производств, намного повысит и производительность труда и уровень использования этих мощностей. Кроме того, она должна снизить себестоимость производства, повысить качество труда, улучшит структуру использования вспомогательного оборудования, площадей, кадров, особенно технологов, конструкторских и исследовательских служб, повысит уровень стандартизации и многое другие атрибуты конкретной организации труда.

Изложенный выше механизм повышения эффективности производства мы назовем тактикой концентрации деятельности. Имеется и другой путь улучшения структуры организации производства - это тактика специализации. Последняя принята на вооружение многими странами современного мира. Особенно заметны успехи в этом направлении в Японии и в Швеции, которые удивительно умело ведут достаточно независимую экономическую политику, успешно конкурируя со своими многочисленными в том числе достаточно мощными соперниками. Суть этой тактики заключается в активных мерах по сокращению числа отраслей производства, с выбором приоритетных, на которые данная страна ориентируется. Уже 15 20 лет Япония и Швеция целенаправленно ориентируются на шесть семь приоритетных для себя машиностроительных отраслей и имеют в них заметные успехи. Многие другие страны также ориентируются на подобную тактику узкой специализации всего отечественного производства. Структура организации производственных мощностей, при подобной тактике примет вид согласно диаграмме - Я, где в структуре производственных мощностей превалируют именно наиболее эффективные способы организации. К концу восьмидесятых годов, разуверившись в желании и возможности Советского Союза вести грамотную интеграционную экономическую политику в составе Совета экономической взаимопомощи, страны Восточной Европы, особенно Венгрия, Чехословакия, Румыния и Болгария, спасаясь от ухудшавшейся тогда международной экономической конъюнктуры, даже находясь пока в составе СЭВ, также принялись активно сокращать количество своих отраслей производства, выбирая приоритетные.

В итоге, на основе анализа полученных диаграмм (см. Приложение) можно констатировать, что оптимальное использование внешней информации наиболее эффективно при организации именно больших организационных систем, что можно назвать законом повышения эффективности при концентрации человеческой деятельности в больших специализированных общественных системах. Последнее априори обеспечивает возможность создания наиболее продуктивной экономики Китаю, Индии, США, России и странам в составе крупных экономических сообществ, например Западной Европы. Во всяком случае для всех стран современного мира политика специализации и экономической интеграции объективно необходима. Конечно, большое значение имеют и природные условия, история и навыки населения, наличие мощностей и технологий, но любое пренебрежение законом больших систем, дающего реальные преимущества любой организации, поставит, особенно малую страну, во всех мыслимых случаях далеко не в завидное положение, что вряд ли для нее целесообразно.